В смерти Курта Кобейна виновата Кортни Лав?

Короткая семейная жизнь этой пары словно повторяет устойчивое клише про «секс, наркотики, рок-н-ролл». Впрочем, кроме того, там была любовь, бушевали нешуточные страсти, а закончилось все выстрелом. И надо всем этим витает некая загадка…

Кто-то не смог простить Кортни Лав тот факт, что рядом с ней Курт Кобейн погрузился в наркотическую бездну, другие же, напротив, уверены – только благодаря ей Курт прожил несколько последних лет. Она никогда не была паинькой и не пыталась предстать ею в глазах публики. Но мысль, что она каким-либо образом причастна к смерти мужа, вызывает недоумение. Впрочем, откуда-то они взялись, эти слухи. А правду, как водится, не знает никто…

Все это рок-н-ролл

Жизнь Кобейна вполне укладывается в десятки рок-н-рольных клише, главный мотив которых крутится вокруг максимы «умереть молодым». И тот факт, что многочисленные биографы сиэтлского музыканта и поэта делят его историю на два равновеликих раздела – жизнь и смерть – только подтверждает, что Курт с задачей блестяще справился. Обо всем, так или иначе связанном с его смертью, написано едва ли не больше, чем о его полной отчаяния жизни и яркой музыкальной карьере.

Пожалуй, последний рок-музыкант, которого без преувеличения можно назвать культовым, Курт Кобейн родился в городке Хокуаим, неподалеку от Сиэтла, но довольно скоро семья переехала в американский Абердин, жуткое захолустье с двумя достопримечательностями: гигантским трейлерным парком и борделями. Унылая атмосфера Абердина, повальная безработица и самоубийства жителей, отчаявшихся получить от этой жизни хоть кроху счастья – в таком антураже рос будущий король «сиэтлского гранжа». Впрочем, детство есть детство, предаваться унынию Кобейн будет позже, а в возрасте чуть больше двух лет им всецело овладела музыка. На увлечение серьезно повлиял его дядя Чак, игравший в местной рок-группе, неплохой голос был и у матери. Курт начал петь едва ли не раньше, чем говорить: находясь дома, отправляясь в школу или за покупками, мальчишка во весь голос распевал песни «битлов» и других любимых групп.

Он начинает хандрить

Первый серьезный перелом в характере связан с разводом родителей. Курту тогда было 8 лет и, по его словам, он чувствовал себя ущербным, и ему ужасно хотелось иметь полноценную семью. Первые приступы своей знаменитой депрессии он испытал именно тогда. Мечтам о семье, увы, так и не суждено было сбыться: живя поочередно (и не особо счастливо) то у матери, то у отца, Курт все-таки порывает с родными и некоторое время скитается по друзьям, спит в библиотеках, живет у школьного учителя и даже ночует под мостом местной реки Уишка. К тому времени он уже всерьез увлечен панк-роком и мечтает о собственной группе, которую и создает в середине 80-х. Группа распадается, так и не записав альбома, но Курт уже «в тусовке» и знакомится с музыкантом Крисом Новоселичем. Дальнейшие события развиваются стремительно: в 88-м выходит первый сингл их группы Nirvana, а в 89-м – дебютный альбом Bleach. Песня с первого альбома About A Girl стала одной из немногих, которые Курт исполнял впоследствии на концертах.

А уже второй альбом 91 года, Nevermind, получил бриллиантовый статус и сделал Курта Кобейна, против его воли, «голосом поколения». Он не хотел быть звездой – он хотел писать песни. Но жизнь распорядилась по-своему. И примерно в то же время на горизонте появилась Кортни Лав…

Дитя цветов

Кортни Мишель Харрисон была типичным ребенком «хипповской коммуны»: ее мать работала психотерапевтом, а отец, Хэнк Харрисон – техническим менеджером легендарной группы Grateful Dead. Оба родителя активно хипповали, поэтому девочка с младых ногтей приобщилась ко всем идеалам и привычкам «детей цветов». Рано выпорхнув из отчего гнезда, она была таким же перекати-поле, как и Курт, правда, с одним большим «но». Скитания Кобейна были продиктованы его творческой неприкаянностью и поисками возможностей хоть как-то реализовать разрывавший парня талант. Путешествия Кортни Лав имели вполне четкие цели, финальной точкой которых было желание либо стать рок-звездой самой, либо прибиться к парню покруче. В 82-м она уже активно тусовалась с ливерпульскими рокерами, два года спустя, вернувшись в США, ненадолго попала в ранний состав группы Faith No More.

В 1989 Кортни создала свой рок-бэнд Hole, который, как утверждают многие, так бы и канул в забвение, если б не отраженный свет славы ее знаменитого мужа. Между этими скупыми датами биографии Кортни успела пройти, как говорят, сквозь огонь и воду. Она танцевала стриптиз в барах Америки, ее чуть было не продали в бордель в Японии, она спала направо и налево с музыкантами,
их агентами и даже охранниками рок-клубов, лишь бы быть поближе к сцене.
«У нее было необузданное желание преуспеть любой ценой», — утверждает Хэнк, ее отец, добавляя, что после смерти Курта он вспомнил одно старое стихотворение, написанное дочкой. Оно называлось «Мой будущий парень». «Прочитав его после всех событий, я поразился, насколько Кортни уже тогда была решительной и целеустремленной», — удивлялся Хэнк. В наивном стишке чувствовалась решимость дойти до цели любой ценой.

Love-метод

«Прежде чем появиться, как бы случайно, в твоей жизни, Кортни узнавала о тебе все, что было возможно: привычки, хобби, что ты любишь, и очень умело играла на всем этом. Она навязчиво твердила мне: ты должен стать рок-звездой, должен. В конце концов, я просто сбежал от нее, иначе, наверно, закончил бы как Курт», — вспоминает один из бывших любовников Кортни. Совпадение это или закономерность, но ее знакомство с Кобейном прошло точно по той же схеме.

Они мельком познакомились в 90-м, и с тех пор Кортни уже не выпускала Кобейна из своего поля зрения. Она подружилась с ударником Nirvana Дэвидом Гролом, и тот «познакомил» их еще раз. Два года «случайных» встреч и упорство Кортни принесли плоды – в 92-м году на Гавайях состоялась свадьба. Церемония была трогательной и по-своему стильной: Курт был в зеленой пижаме, Кортни – в старом платье сиэтлской актрисы Фрэнсис Фармер. Приглашенных было не много, и тем заметнее было отсутствие гитариста Криса Новоселича, с которым и была создана Nirvana. Уже тогда у Криса были большие претензии к Кортни – ее влияние на Курта, точнее, их совместная страсть к наркотикам, ставила под угрозу будущее культовой группы. Во время свадьбы Кобейн  разрыдался как ребенок – он вообще плакал довольно часто. А через шесть месяцев родилась его дочь Фрэнсис Бин Кобейн.

Любовь, похожая на стон

«Я просто ослеплен любовью, я даже забываю о том, что у меня есть рок-группа. Это странно, но так оно и есть», — говорил Кобейн после свадьбы. Что ж, он действительно уже мог забывать о Nirvana, творчестве, да о чем угодно – в своих наркотических трипах Курт заходил все дальше и дальше, не замечая, что точка невозврата уже далеко за спиной. Он мог забыть обо всем — он, но не Кортни.

«Если в чем и заключалась идеальность их союза, так это в том, что Кортни жаждала того, чего Курт избегал. Кортни всегда хотела быть в центре внимания, быть на первом плане, а он, напротив, был счастлив, когда о нем все забывали», — описывает свои впечатления от звездной пары Эми, одна из приятельниц Курта и Кортни. Кортни была неугомонна в своем желании режиссировать их отношения. Семейная рутина была не для яркой блондинки: ей хотелось видеть их роман через призму историй вроде грабителей Бонни и Клайда или Сида и Нэнси (фронтмен группы Sex Pistols Сид Вишез и его подруга-наркоманка Нэнси Спанджен). Это была игра — частенько, останавливаясь в мотелях, парочка записывалась в регистрационной книге под этими именами.

После свадьбы упоенный любовью Курт купил дом с оранжереей, той самой, где в 94-м он поставит жирную точку под своей жизнью и историей лучшей гранж-группы всех времен. Но тогда они еще пытались наслаждаться семейным счастьем и относительным затишьем: рождению дочери предшествовала шумиха в прессе, поводом к которой стала информация о том, что во время беременности Кортни не ограничивала себя в старых привычках и принимала наркотики, в частности – кокаин и героин. И хотя девочка родилась относительно здоровой, ажиотаж в СМИ не утихал: общественность требовала изолировать ребенка от родителей, пока не поздно.

Кортни категорически отказалась расставаться с дочерью и согласилась пройти реабилитационный курс, а девочку на период ее заточения в клинику взяло под опеку государство. Для Курта же рождение дочери было попыткой придать жизни новый смысл. Когда Кортни рожала, он лежал в соседнем, наркологическом отделении – пожалуй, в первый и последний раз Кобейн добровольно попытался «завязать», понимая, что наркотический омут затягивает его все глубже и глубже. Однако ломка оказалась чудовищной, и, возможно, именно тогда Курту пришло в голову, что единственным избавлением от зависимости может быть уход из жизни. На стандартный вопрос «Как дела?» Курт с тех пор отвечал: «Я ненавижу себя и хочу умереть». А на следующий день после рождения дочки Курт пришел проведать их с Корт
ни, прихватив с собой пистолет. В тот момент он решил, что «задача минимум» выполнена, а значит, он может наконец-то умереть. Но у жены были другие планы.

Это все, что останется после меня

В 93-м выходит третий и последний альбом группы – In Utero. Несмотря на изрядную мрачность, альбом разошелся стотысячными тиражами и окончательно укрепил Курта Кобейна в статусе культового музыканта эпохи.
В 94-м у Nirvana были запланированы гастроли в Европе, но успев отыграть один концерт в Мюнхене, Курт свалился с  простудой. Последующие выступления все откладывались и откладывались, а спустя несколько дней Кортни Лав, прилетев в Европу вместе с маленькой дочкой, нашла мужа в римском отеле в состоянии полной медикаментозной комы. По официальной версии, Кобейн перебрал с дозой препаратов, прописанных врачом, смешав их с изрядным количеством шампанского. Но ходят слухи, что Кортни нашла некую записку от мужа, содержание которой никогда не было предано огласке. Гастроли перенеслись на неопределенный срок, впрочем, им уже не суждено состояться. Кортни увезла мужа в Сиэтл, где он снова лег в реабилитационную клинику.

Коллекционер оружия

Впрочем, эта попытка закончилась лишь одним – Курт умудрился раздобыть в клинике наркотики, а покинув ее стены, словно пустился в погоню за смертью. Домой он вернулся с пузырьком, полным таблеток, и, прихватив оружие, которым был буквально набит дом, заперся в ванной. Сцена, последовавшая за этим, может считаться «классикой жанра» — когда человек погибает, рядом непременно находится «спаситель», по крайней мере, если причина гибели – наркотики. В данном случае в роли спасителя выступила Кортни: хрупкая блондинка умудрилась выбить дверь, отобрать у мужа таблетки и заодно конфисковать целый арсенал пистолетов, ружей и 25 коробок патронов. Один из револьверов, как выяснила полиция, принадлежал приятелю Кобейна, гитаристу Дилану Карлсону, который всегда готов был «подставить дружеское плечо» летящему в бездну музыканту. «На него все давили: Кортни, менеджеры, парни из рекорд-лейблов – завязывай с наркотой, спрыгивай немедленно, лечись! А Курт, может, особо и не хотел этого, на кой ему спрыгивать с наркотиков, если у него всегда были на них деньги? Ему ж не надо грабить магазины, чтоб заработать на дозу», — скажет Дилан в одном из интервью после смерти приятеля. Что ж, это тоже вполне классично: кроме спасителя рядом с наркоманом частенько окажется сочувствующий «доброжелатель»…

Дальше был реабилитационный центр лос-анджелесской клиники «Исход», а затем — наркоцентр Дэвида Фринана, но Курт сбегал отовсюду. Отчаявшаяся Кортни умоляла подумать о дочери, грозила разводом, угрожала, что Курт никогда больше не увидит собственного ребенка, коллеги по группе проводят с ним многочасовую беседу, пытаясь убедить всерьез заняться лечением пагубной зависимости и рисуя самые мрачные перспективы… Курт же, казалось, утратил способность бояться. Своим спасением он счел героин – единственное средство, позволявшее Кобейну избавиться от мрачных мыслей и сильных желудочных колик, преследовавших его всю жизнь.

«Любой, имеющий в доме ружье…

…приравнивается к Курту Кобейну», — пел солист группы «Сплин». Чехов тоже вполне однозначно высказался о драматургической роли ружья, повешенного на стену в первом акте пьесы. Если вдуматься, это ружье висело в пьесе жизни Кобейна с самого начала и не могло не выстрелить. Сперва его роль играло увлечение музыкой, ради которого Курт противопоставил себя всему миру и собственной спокойной жизни. Потом появилась Кортни Лав. А затем, когда экзистенциальное отвращение к жизни пересилило даже желание сочинять музыку и стихи, «ружьем» стали наркотики.

Кортни была в Лос-Анджелесе, готовилась к выпуску своего нового альбома, когда между ней и мужем состоялся последний телефонный разговор. «Неважно, что случится дальше, но знай – ты сделала хороший альбом. Я люблю тебя», — скажет ей Курт, после чего Кортни позвонит в полицию Сиэтла с заявлением, что ее муж собирается покончить с собой. Его еще несколько раз засекут в окрестностях города – полиция, какие-то приятели, частные детективы – но все их попытки воспрепятствовать задуманному не увенчаются успехом. 5 апреля 1994 года в своем доме на Lake Washington Кобейн войдет в цветочную оранжерею, напишет последнюю записку, примет сверхдозу героина и валиума, после чего застрелится из недавно купленного ружья.

Поделиться