Дэмиен Херст: Дорогой и ужасный

herest1

Дэмиен Херст, один из самых дорогих художников мира, со своими работами снова в Киеве! О скандальном мастере, исследователе-некрофиле и прекрасном семьянине рассказывает «Биография».

В сентябре прошлого года, практически одновременно с началом мирового финансового кризиса, Sotheby’s провел персональный аукцион 43-летнего британского художника Дэмиена Херста.  Дело, вообще-то, немыслимое – персональный аукцион. Но Sotheby’s за 264 года своего существования ошибок сделал немного. За два горячих сентябрьских денька наторговал на 111 миллионов фунтов. В торгах активно участвовал наш соотечественник Виктор Пинчук.  Пресса насела на Виктора: «Что купили, за сколько купили?» «Приезжайте в Киев, увидите, – отвечал бизнесмен-стратег. – Готовим самую большую в истории выставку Херста». Пинчук сказал – Пинчук сделал.
25 апреля в PinchukArtCentre открылась мегавыставка Херста: около ста работ, с начала 1990-х по 2009-й.
С первого же дня на Бассейной – длиннющая очередь, но не отчаивайтесь, выставка – до 20 сентября.
В действиях старейшего Аукционного дома и главного нашего коллекционера прослеживается неумолимая логика. За год до аукциона лондонская галерея White Cube объявила о продаже «Черепа» Херста за 50 миллионов фунтов. Херст стал самым дорогим из живущих художников.
Кто же такой этот современный царь Мидас, одно прикосновение которого черепа превращает в золото? herest
Родился Дэмиен 7 июня 1965 года в портовом Бристоле. Папа – механик, мама – мелкий чиновник. Родители расстались, когда Дэмиену было 12. Улица, приводы в полицию. Мама с Дэмиеном от греха подальше перебралась в спокойный Лидс. Там Херст немного поучился в местном арт-колледже – парень был способный, но мешали алкоголь, наркотики и весь этот дух провинциального школярства. Дела пошли лучше, когда Дэмиен подался в лондонский Goldsmith’s-колледж. В Голдсмитсе середины 1980-х собрались одни оторвы. Херст прославился как самый неугомонный в самом неугомонном заведении тех лет. Переворачивал столы, залазил в камин (чисто английское развлечение), пил, курил и совокуплялся, короче – кипел идеями. Голдсмитс был все-таки не обычный арт-колледж, там давали задания практические: придумать выставку поскандальней, найти помещение понеобычней. Под нашумевшую групповую студенческую выставку 1988 года Freeze, «Замораживание» (курсовая работа Херста!), Дэмиен нашел местечко в заброшенных доках. Как вы понимаете, на выставке были не совсем картины: уличный мусор, сама неприкрашенная жизнь громоздились замысловатыми инсталляциями. Fine Art закончился, улица вторглась в Fine. Мероприятие посетил рекламный магнат Чарльз Саатчи и купил всю выставку! Саатчи своим рекламным носом почуял: вот оно, искусство будущего.
Чтобы представить, как рождалась новая эстетика, интересно послушать рассказ Херста о выходе на идею его знаменитой Акулы – первого формалинового произведения художника. Сначала, говорит, начал ее просто рисовать: хотелось воплощения смерти (Херста всегда тянуло к смерти – прирожденный некрофил). Покрутил – что-то не очень страшно. Снять на видео? – Клуб кинопутешествий. Решил засунуть в аквариум настоящую акулу! Херст купил акулу у какого-то рыбака, обработал ее с помощью таксидермистов и засунул в аквариум формальдегида. Пасть открыта, огромные зубы блестят. Это вам не картинки рисовать! Херст еще и мастер придумывать гипнотизирующие названия: «Невозможность представления смерти в сознании живого существа». Смерть стала главной темой Херста. А зверюшки и аквариумы формальдегида – палитрой. Сколько зверюшек с тех пор перевел – коров, овец, свиней – не счесть.
Акулу, под шумные протесты «зеленых», выставил в 1992-м в своей галерее Саатчи. Тогда впервые прозвучало и название Young British Artists («Молодые британские художники»). Предприимчивый Саатчи  сразу хотел номинировать Херста на Тернера – самую почетную для художника премию Великобритании. Не прошел. Не привыкли еще академики, члены жюри, к аквариумам формальдегида.
Но Саатчи не унывал и уже в следующем, 1993-м, протолкнул своего питомца на Венецианскую биеннале. С чем, как вы думаете? Ну конечно же, опять с бедными животными: на этот раз были корова и теленок, разрубленные на части. Назывались: «Разделенные мать и дитя». Венецианская биеннале – это был бы уже венец карьеры. Для многих, но не для Дэмиена Херста. У него все только начиналось.
Тогда стал набирать силу Берлин – усиленно позиционировался как столица «новой Европы». Стратег Саатчи уговорил Херста оставить друзей-подружек и на год поехать в Берлин, устроил его на ученую стипендию DAAD — из молодого лондонского хулигана надо было делать мировую
звезду. Когда Дэмиен вернулся в 1995-м, заставил его проглотить обиды и опять номинироваться на Тернера. Прошел! Теперь, к 30 годам, у него было все: Венецианская биеннале, премия Тернера, родительская опека главного британского галериста Саатчи.
Дальше неугомонный магнат придумал мегавыставку всего поколения YBA. В 1997–1999 годах эта выставка со скромным названием «Сенсация» проехала по маршруту Лондон – Берлин – Нью-Йорк. Возмущенный мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани требовал закрыть наглую британскую экспозицию, оскорблявшую чувства верующих, Хиллари Клинтон упрекала Джулиани в невежестве… Дело было сделано — о YBA заговорили все!
Заматеревший Херст в 2003-м расстался с Саатчи – слишком много миллионов приходилось делить. Тут как раз в Лондоне стала набирать силу галерея его старого друга Джея Джоплина White Cube, и дальнейшее продвижение Херста связано с ней.
Дела идут неплохо. Херст живет  с женой и тремя мальчиками в старом сельском доме на севере Англии. В Киев рад приехать уже в третий раз. «Мне нравится Киев, – говорит Херст.  – Совсем не Москва, он такой уютный, мне нравится Виктор».

Алексей Титаренко

Поделиться